Инна Богословская: Когда спрашивают, куда бежать из Украины, отвечаю, что скоро побегут к нам

УвеличитьНародный депутат трех созывов Инна Богословская заявила, что не будет баллотироваться в депутаты следующего созыва. Каким она видит собственное будущее, а также о том, что, по ее мнению, «будет с Родиной и с нами», она рассказала в интервью Укринформу.

В ХАРЬКОВЕ НУЖНО НАВОДИТЬ ПОРЯДОК, А НЕ ПОДДЕРЖИВАТЬ БАЛАНС

– Инна Германовна, так вы уходите из политики?

– Кто вам сказал? Я ухожу не из политики, а из парламента, это разные вещи.

Идти сейчас в парламент – объясните мне, зачем? Неприкосновенность мне не нужна – я ничего не боюсь, я не совершила ни одного преступления. Сможет этот следующий парламент выполнить какую-то историческую миссию? Нет, не сможет, он будет переходным. Поэтому я хочу заниматься конкретной работой, например, взять область и отвечать за то, что эта территория будет полностью проукраинской, и там не будет коррупции.

Я Петру Алексеевичу сказала: «Если хотите получить область, в которой не будет коррупции, то я знаю, как это сделать, у меня есть люди, которые, каждый на своем участке, голову даю на отсечение, не возьмут ни копейки взятки и не будут на этом зарабатывать».

– И какой была реакция Порошенко?

– Этот разговор состоялся несколько месяцев назад, потому что совершенно очевидно – ситуацию в Харькове нужно менять. А будет ли сейчас, в ходе предвыборной кампании, принято решение, – это уже ответственность Президента.

Есть и другие варианты работы, связанной с наведением порядка в тех или иных сферах, но об этом я пока не хочу говорить.

– Если все-таки решение о назначении будет принято, каким будет ваш первый шаг на посту губернатора?

– Объехать всю область и создать Совет обороны Харьковщины, скоординировать всех силовиков, волонтеров, гражданские структуры и немедленно создать систему территориальной защиты по границе с Россией и Донецкой областью.

– Вы бы использовали при этом опыт Днепропетровщины?

– Конечно! Когда днепропетровская команда только начала работать, я к ним поехала и около пяти часов проговорила с Геннадием Корбаном, Борисом Филатовым и другими. Очень многое из их опыта создания системы организации обороны можно переносить во все регионы Украины.

– Вы упомянули днепропетровскую команду, а у вас есть своя, харьковская?

– Да, конечно. Она не исчезла, несмотря на то, что когда во власть в области и городе пришли Допа и Гепа, я уехала из Харькова, потому что не могла существовать с ними на одной территории. Сегодня мы видим кандидатуры абсолютно на все должности. С «Гражданским форумом Харькова», другими общественными организациями и демократическими политическими силами Харьковщины мы договорились, что всех кандидатов будем проводить через люстрационный конкурс.

– Как вы оцениваете обстановку на Харьковщине?

– Я там бываю каждую неделю, то есть, обладаю достаточно широкой информацией. К сожалению, Харьковщина – точно такое же «лоскутное одеяло», как и вся Украина: есть и проукраински настроенные люди, и те, кто давно затаился и ждет армию «освободителей» из России.

Наша область не похожа на Донецкую или Днепропетровскую: у нас в одном городе живет половина населения, остальная область – это фактически сельская местность, небольшие городки, села, поселки. И в селах на Харьковщине, к большому сожалению, есть подвалы, в которых сидят сепаратисты. Рядом, в лесопосадках, лежат закладки оружия, и бабушки получают небольшие деньги за то, что никому не рассказывают, что эти твари сидят у них в засадах.

Губернатор с этим ничего не делает, милиция тоже. Еще до недавнего времени она процентов на восемьдесят была против нас. Сейчас мне гражданские лидеры говорят, что ситуация меняется – события на Донбассе многих отрезвили, и даже в милиции начался процесс возрождения украинского патриотизма. Но то, что она продолжает избивать проукраинских лидеров и охраняет сепаратистские митинги, – это факт. И то, что в Харькове шьются футболки с надписью «ХНР» – тоже факт, и мы знаем, где они шьются и по чьему заказу.

– А в каком количестве?

– Оно пока не критично. Но мы понимаем, что Кернес сидит в засаде, рассказывая всем, что обеспечит порядок в области, а на самом деле вместе со своими русскими хозяевами раскачивает ситуацию.

– До покушения Кернес публично заявлял, что пока он мэр, в Харькове не будет сепаратистского референдума о ХНР.

– А ему разве можно верить? Откуда-то появился миф, что Кернес – гарант стабильности в регионе. Он – гарант сдачи Харькова в случае часа «Ч»! Кернес никогда не будет стоять против русских, если они пойдут на Харьковщину, он сам передаст им ключи от города. Это нужно понимать.

– В Интернете есть видео его ночного визита к Порошенко. Как вы думаете, о чем они разговаривали?

– Во-первых, никто не знает, к Порошенко ли он приезжал, – на видео он возле Администрации Президента. Во-вторых, поверьте мне, абсолютно все мэры городов во время любых выборов туда приезжают. То есть говорить о том, что достигнуты какие-то договоренности… Кернес этим блефует и сам рассказывает, что уже со всеми договорился. Насколько я знаю, это не так. Но совершенно очевидно, что Харьковщина по-прежнему является местом борьбы нескольких групп влияния, и Кернес участник одной из них. Власти пытаются сохранить какие-то балансы в области вместо того, чтобы решительно навести в ней порядок.

У нас сейчас есть три ключевых направления: южная дуга, Харьков и Чернигов, через которые враг – а путинская Россия сегодня наш враг – может атаковать Украину. Если оставить Харьков в нынешнем состоянии, я еще раз говорю: Кернес будет первым человеком, который передаст русским ключи от города.

– Какова, на ваш взгляд, пропорция проукраинских и пророссийских настроений на Харьковщине?

– Я бы определила 70 за Украину, а 30 против. Но в начале событий в Донецке тоже было такое соотношение. Поэтому нельзя упускать ситуацию и давать работать против нас изнутри, нельзя позволять поднимать голову тем ублюдкам, которые недавно опять устроили флеш-моб в память погибших «от рук хунты» в Одессе и раздавали листовки с призывом не выполнять никаких распоряжений украинской власти. Это происходило в центре Харькова, их охраняла харьковская милиция – как это понимать? Играть в бизнес-логику – эта группа влияния, другая, мы между ними сделаем балансик, – это проигрыш, тем более такой взрывоопасной области!

Я бы хотела, в том числе и через это интервью, донести до наших олигархических групп, что бизнес-игры в политикуме закончились. Либо нужно принимать решение и заниматься реальной политикой, либо пусть сушат весла – иначе от их бизнес-империй мало что останется, так же, как от империи Ахметова. Он не понял, что происходит на Донбассе и играл в бизнес-игры, считая себя выдающимся политиком. Реальность стала другой, и те, кто этого не осознает, будут считать остатки своей империи, как сегодня это делает Ахметов.

ПО МАЖОРИТАРКЕ НА ДОНБАССЕ ДОЛЖНЫ ПОЙТИ «НОВЫЕ СИЛЬНЫЕ»

– Вы заявляли, что выборы надо проводить обязательно, но нельзя допустить в парламент сепаратистов и предателей. Как это сделать?

– Я сейчас не вижу никаких шансов принять закон о люстрации, поэтому выход один: давайте поймем, где у нас могут пройти сепаратисты? На Донбассе. Значит, донбасские добровольческие батальоны любыми способами должны сделать так, чтобы сепаратисты, которые попытаются баллотироваться, не прошли. Это их доля ответственности, потому что нельзя допустить приход в парламент людей, которые развязали реальную войну, а потом подливали масло в огонь, пытаясь на этом сделать свой гешефт.

Я считаю, что на Донбассе в мажоритарных округах везде должны пойти кандидаты от, фактически, «новых сильных», потому что этот регион понимает только силу. Там есть блестящие мэры, которые встали на защиту городов и не пустили туда сепаратистов, есть авторитетные местные волонтеры, которые не побоялись идти против оккупантов, батальоны могут выдвинуть своих представителей. На Донбассе не так много округов, чтобы говорить, что это невозможно.

– Выборы в парламент будут проходить по старому избирательному закону. Насколько, на ваш взгляд, обновится Рада?

– В сегодняшних условиях только сохранение смешанной системы дает возможность «подвинуть» предыдущих депутатов. А выборы по пропорциональной системе с открытыми списками – это глубочайшая манипуляция. У нас сегодня зарегистрировано 225 партий. При нынешнем законе о политических партиях никакие выборы по открытым спискам провести невозможно – это чистый блеф!

Мы должны понимать, что политическая структуризация общества до сих пор не произошла. Но без изменения закона о политических партиях, без принятия закона о государственном финансировании партий и закона, регулирующего вопросы политической рекламы во время выборов, это и не произойдет.

МЫ СЕЙЧАС ДОЛЖНЫ ОТРУБИТЬ ВСЕ СОВКОВЫЕ КАНАТЫ

– То есть особых перемен ожидать не стоит?

– Мир сейчас зашел в период турбулентности, и на протяжении где-то лет десяти мы везде будем иметь абсолютно другую реальность. Когда меня спрашивают: «Инна, куда уезжать, куда бежать, потому что в стране кошмар», я говорю: «Сидите здесь, потому что здесь будет лучше всего. Почему? Потому что у нас раньше всех началось и раньше всех закончится». Думаю, реально где-то к 2017 году.

– «Через четыре года здесь будет город-сад»?

– Нет, города-сада не будет, но я вам даю голову на отсечение, что в Украину начнут бежать как в наиболее спокойную зону, и у нас будет проблема миграции сюда, а не отсюда.

Хотите конструкцию? Я вам ее даю.

Мы еще год будем иметь тлеющие конфликты. Потом в 2016 году у нас будет еще один этап социальных перемен. Я думаю, что в 2016 году произойдет полное переформатирование политического пространства – снова пройдут досрочные выборы, причем не в конфронтационной модели. То есть все общество поймет: то, что мы сейчас имеем, – это переход, время, когда мы должны отрубить все совковые канаты, которые нас держат, и зайти совершенно в другое общество.

Основным трендом будет децентрализация. Управление страной в нынешней модели полностью противоречит нашему менталитету. Украинский характер – это все-таки самоорганизация, и война нам это продемонстрировала. Посмотрите на Мариуполь, на волонтёрские движения – чистейшая самоорганизация! Если бы не было волонтеров, мы бы проиграли войну в первый же день, и Путин как раз на это рассчитывал.

Итак, за 2014-2016 год в результате реальной децентрализации должна сложиться совершенно другая картина украинского общества. То есть, его основой должны стать местные громады, а субъектом международных экономических отношений – области и города наравне с государством в целом.

Я думаю, что война у нас будет тлеть еще примерно год, с очень опасными этапами, но мы ее выиграем. Это станет детонатором для России – с 2016-2017 года там начнут возникать очаги сопротивления по всей стране. Более того, совершенно очевидно, что все мировые игроки, начиная с США и заканчивая Китаем, уже делают на это ставку.

Период трансформаций и переформатирование политического пространства в Украине будет продолжаться до 2016 года, а к 2017-му мы станем территорией, на которой закончится коллапс.

– Какими будут ее размеры?

– Такими же, как сейчас. После «Боинга», который был этакой дланью господней, показавшей, на чьей стороне добро, а на чьей зло, никто не даст «резать» Украину.

«НАЦИОНАЛЬНОЕ ЖИВОТНОЕ» ЖАБА РАЗРУШАЕТСЯ У НАС НА ГЛАЗАХ

– Будут ли в нарисованной вами картине будущего олигархи? Если да, то в каком статусе?

– Наша задача – превратить олигархов в крупных бизнесменов, управляющих украинскими транснациональными компаниями.

Они ведь тоже не от хорошей жизни пошли в политику: каждая новая власть начинает «загонять» предыдущую, а институт собственности в Украине не защищен ни конституционально, ни институционально, ни психологически. И пока у нас есть такие политические силы, как «Батькивщина», которые призывают забрать все у олигархов и поделить, естественно, все дрожат.

Если мы введем нормальный институт защиты собственности, если олигархи к тому времени поймут, что им вполне достаточно иметь 2-3 млрд и не надо стремиться заработать 40-50, то мы должны будем максимально им помогать и поддерживать на мировых рынках.

А в нынешнем виде олигархат себя исчерпал. Он продемонстрировал, что со своей бизнес-логикой в политике становится разрушителем и для себя, и для общества. Но это абсолютно не означает, что у нас не должно быть крупного бизнеса: мы должны холить и лелеять тот, который способен стать транснациональным.

– В свете прав собственности, как вы оцениваете идею Коломойского забрать ее у тех, кто поддерживает сепаратистов, в пользу участников АТО?

– При всем моем уважении к нынешней позиции Коломойского – как чистый большевизм и передел собственности.

Это его заявление очень плохо повлияло и на бизнес-среду, и на взаимоотношения в крупном бизнесе. Сейчас бизнесмены опять рвутся под депутатскую неприкосновенность, потому что никто не знает, чем все закончится, если идея Коломойского победит.

Но мне сейчас безумно нравится поведение украинского общества. Я обожаю этих людей! Во-первых, потому, что наше «национальное животное» жаба, олицетворяющее зависть, неумение делиться, ощутить общность задач, прекратило существование. Какой новый образ нашего типа поведения появится, посмотрим, но жабе конец – она разрушается прямо у нас на глазах, и это счастье!

Еще год назад идея Коломойского все забрать и поделить получила бы огромную общественную поддержку. А сейчас у людей появилось ощущение, что так нельзя: это не по правилам – раз, не по-людски – два, не по закону – три. К тому же, это опасно: мы и так еле балансируем, чтобы не упасть, а от такого удара можем не устоять.

Почему сейчас у «Батькивщины» такие низкие рейтинги? Потому что люди поняли, что их необольшевистские лозунги типа – все богатые негодяи, мы у них все заберем и переделим, – это обман, что так нельзя. И это кайф!

– Каким вы видите политическое будущее Тимошенко?

– Ее ждет полный крах, поэтому я бы рекомендовала ей уехать из страны. Она когда-то мечтала стать политиком международного масштаба – пусть попробует это сделать.

– А на чем основывается ваше заявление, что Тимошенко находится в постоянном переговорном процессе с Путиным?

– Это стопроцентная информация, полученная из достоверных источников.

Надежда Юрченко, Киев.

Укринформ