Без “Вече”?

Инна Богословская — одна из сенсаций избирательного списка Партии регионов. Место в первой пятёрке моментально превратило её из аутсайдера прошлых выборов в гарантированного депутата нового парламента. Впрочем, для этого ей пришлось оставить свой проект «Вече». О том, как это получилось, а также — о дружбе с Пинчуком, беседах с Коломойским, и гитлеровщине Тимошенко она рассказала Фокусу

— Ещё весной вы уверяли, что «Вече» — проект вашей жизни и вы никогда не пойдёте на выборы в рядах Партии регионов. А теперь вы четвёртая в списке. Что случилось?
— Ничего не случилось. Это решение партии. У нас был выбор: не идти на выборы вообще или принять приглашение регионов. Моя позиция была в том, чтобы не идти вообще. Потому что сейчас шансов пройти у новых политобразований нет. И мы приняли решение — если Партия регионов не будет формировать блок, но предложит нам сотрудничество, то «Вече» делегирует на выборы своих представителей.

— Почему же Партия регионов не предложила вам полноценное участие в блоке?

— Для нас это был бы идеальный вариант. Но я понимаю и ПР. Идти по пути блока — значит создать многолетний внутренний конфликт. Все блоки уже показали, что украинцы не могут договариваться. Они решили пригласить в списки сильные фигуры, разделяющие идеологию партии.

— Вы действительно можете принести партии какие-то проценты или вас просто используют как элемент шоу?

— Послушайте, у «Вече» имеется так называемый ядерный электорат, это уже признают и социологи. Это примерно 350 тысяч голосов. Я понимаю, что часть этого электората теперь от нас уйдёт. Но мы также понимаем, что многие наши симпатики на прошлых выборах не голосовали за нас именно потому, что не верили в то, что мы пройдём в парламент. Теперь мы присоединились к крупному партнёру, наши избиратели видят на каком я месте, и это говорит о том, что наша идеология востребована. За нас будут голосовать!

— Свой импровизированный бизнес-план доходности вы Януковичу представляли?

— Нет. Вообще.

— То есть у вас даже не спрашивали, хотите ли вы стать лицом партии или нет?

— Нет. Скажу больше — я до последнего момента не знала даже своего места в списке.

— Не совсем правдоподобно
.
— Знаете, я попытаюсь рассказать вам кое-что, о чём мало кто знает. У нас с Януковичем длинная история отношений — я работала в его правительстве ещё в 2003-м. Но до того, как он стал премьер-министром, Кучма три раза предлагал мне разные посты. Сразу после поражения проекта «Озимое поколение» он хотел, чтобы я пошла работать либо в секретариат, либо в Кабмин. Я два раза отказывалась. Мне было важно осмыслить урок поражения «Команды озимого поколения». Я попросила у Леонида Даниловича год тайм-аута. За четыре месяца мы создали проект «Вече». Спустя год Кучма пригласил к себе и сказал: «Если хочешь идти в политику, тебе надо знать, что такое исполнительная власть. Есть вменяемый премьер, иди работай с ним». И я согласилась на комитет предпринимательства.

— То есть в первом правительстве Януковича вы были человеком Президента?

— Нет, я, естественно, пошла к премьеру. Мы с ним были знакомы шапочно. Пришла, и прямо сказала, что мне сделали предложение. Мы поговорили час, увидели, что у нас есть много точек соприкосновения, и пожали руки. За шесть месяцев я у него была три раза, и все три раза он решал все вопросы, с которыми я приходила как глава комитета. Он их решал не в силу отношений — отношений никаких не было, он просто понимал важность проблем.

— Почему при всём взаимопонимании с премьером вы решили уйти из-за конфликта с Николаем Азаровым?

— Конфликт с ним назревал параллельно. Николай Янович имел невероятно сильную позицию. И очень часто его мнение было намного важнее мнения премьера.

— Это было связано с близостью Азарова к Кучме?

— Он был безусловным фаворитом Кучмы! Сказывалась и неопытность Януковича. Для него это был первый опыт общенационального управления, а Азаров к тому моменту уже отстроил налоговую систему.

— Но Азаров и до сих пор остаётся самым доверенным лицом Януковича в правительстве. Не получится так, что через полгода вы снова заговорите об «азаровщине»?

— Азаров и сейчас не слаб! Однако теперь ему приходится работать по правилам команды. К тому же в Кабмине теперь создан комитет по реформам, возглавляемый премьером. Он будет иметь право последнего слова абсолютно по всем законопроектным работам. Это исключает своеволие любого члена Кабмина.

— После революции вы три раза подавали свой проект развития страны на рассмотрение Виктору Ющенко. Теперь вы также ожидаете понимания у Януковича. Вам всё равно, кто вас оценит?

— Нет-нет, что вы! Мы же Тимошенко не подавали свои проекты! С другой стороны мне совершенно очевидно, что две трети предвыборной программы Президента Ющенко и программы правительства Януковича совпадают.

— Это излюбленный тезис ПР. Вы можете чётко объяснить, чем они отличаются?

— Ющенко, как все финансисты, глобалист. Он считает, что нужно максимально открывать экономику для иностранных инвесторов. Наиболее очевидно это в его взглядах на приватизацию. Он считает, что победитель только тот, кто больше даёт денег. Это похвально, но скажите, какая, пусть даже самая крупная, украинская финансово-промышленная группа может быть конкурентоспособной по отношению к иностранному инвестору? Нет такой. Поэтому, если мы говорим, что приватизация должна быть только денежная, то всё сводится к тому, что мы максимально открываем внутренний рынок и отдаём его глобальным финансовым институтам. Янукович по своей идеологии предлагает отказаться от этой абсолютной открытости.

— Но внутри страны за Януковичем стоит самый крупный национальный капитал. И разве, закрывая страну от внешнего инвестора, он в первую очередь играет на руку Ринату Ахметову?

— Ну… совершенно очевидно, что такой стереотип присутствует.


«Поймите, что люди, создавшие большие бизнесы — не идиоты! У них есть амбиции остаться в истории. Они точно есть у Ахметова и точно есть у Пинчука» ( с Ринатом Ахметовым на съезде Партии регионов)


— А какая разница избирателю — продаётся ли страна иностранцам или всё отдаётся в руки своим?

— Хорошо, давайте тогда говорить откровенно: сегодня у нас в стране существует несколько крупных финансово-промышленных групп, которые хотят стать транснациональными. Это Ахметов, Пинчук, к ним уже присоединился Фирташ, кроме того, Гайдук и Коломойский. Из пяти владельцев четыре заинтересованы в появлении в стране правил. 

— Насколько я понимаю, теперь Партия регионов станет основным лоббистом этих четырёх ФПГ?

— Да, ведь «Приват» сейчас финансирует БЮТ и «Нашу Украину». Правильнее сказать, Партия регионов должна стать площадкой для выработки общего подхода всех ФПГ к реформам, выгодным стране в целом. Это лучше, чем воевать друг с другом.

— Вы на счёт БЮТ уверены?

— Я убеждена! Приватовцы вообще всегда отличались тем, что клали яйца в разные корзины. Они успешно этим занимались, пока не совершили одну ошибку — поставили всё на Юлю. Сейчас они больше ставок делают на Президента. Но с другой стороны, лоббизм — это мировая практика, так везде. Именно крупный бизнес является заказчиком реформ.

— Слышать от вас это весьма странно, потому что именно вы выдвигались как защитник интересов среднего класса.

— Так и есть!

— А как вы себе представляете борьбу среднего бизнеса с этими монстрами?

— Мировая история говорит о том, что средний и малый бизнес развивается только тогда, когда крупный бизнес успокаивается.

— Вы предлагаете всем дождаться, когда будет куплено всё самое крупное, в надежде получить крохи?

— Нет. Просто когда крупный бизнес успокаивается, он начинает отдавать. Так появляется средний бизнес.

— Вас Пинчук когда-нибудь финансировал?

— Конечно. Он был одним из финансистов «Озимого поколения».

— А «Вече»?

— Нет. «Вече» он не финансировал, хотя и очень помогал, в основном медиаресурсом и в Днепропетровске.

— Можно ли говорить о том, что вы лобби Пинчука в Партии регионов?

— Нет. Понимаете, у нас с Виктором дружба, настоящая. Когда был НЗФ он просто позвонил мне вечером и сказал: «Инка, по-моему, завтра у меня отберут завод». «И что ты будешь делать?». «Не знаю, будем лететь». Я говорю: «Давай вместе лететь». И всё!

— Вы не считаете, что вас просто использовали, чтобы защитить свою собственность?

— Нет-нет-нет! Вот когда мы летели туда, я сказала Пинчуку: «Виктор, ты должен понять, что ты сейчас защищаешь не свои акции и не свои деньги. Ты защищаешь правила». У меня тогда был и разговор с Коломойским. Он звонил и спрашивал, зачем я это делаю. Я ему ответила: Игорь, хотя мне не­приятно твоё поведение в бизнесе, ты не нервничай, если бы отбирали твой завод, я бы так же отстаивала его, потому, что это вопросы защиты собственности. Кстати, когда была попытка захвата Прикарпатоблэнерго, я от имени партии «Вече» сделала заявление о недопустимости рейдерства в отношении этого предприятия. И ведь в итоге НЗФ не реприватизировали! Один такой прецедент выпустил бы джинна из бутылки. Когда-то Пасхавер сказал, что если «Криворожсталь» реприватизируют, «Криворожсталь» будет в каждом украинском селе. 

— Разве приватизация «Криворожстали» не была позитивным примером?

— Нет, конечно! Мы продали предприятие, которое имеет 20% в экспорте, конкуренту на мировом рынке. Мы ослабили свои позиции на международном рынке.

— Но это был первый и единственный пример честной и открытой приватизации.

— Нет. Это было глупо. Честная глупость мне не нравится. 

— А кто мешал всем нашим ФПГ объединиться и купить этот актив?

— Вы правы. Но это было два года назад. Поймите, что люди, создавшие такие бизнесы, не идиоты. У них есть амбиции остаться в истории. Не буду говорить обо всех, но я точно знаю, что они есть у Ахметова и точно есть у Пинчука. Не знаю о Фирташе и ИСД. Но все они неизбежно сядут за круглый стол. К этому всё идёт. Потому что сильный бизнес в нищей стране невозможен. ФПГ сами заинтересованы в том, чтобы страна стала богатой. Так и Партия регионов — уже выросла количественно, теперь будет расти качественно.

— Но вы согласны с тем, что, если в стране существует одна крупная политическая сила, у неё обязательно должен быть оппонент?

— Да, конечно. Но это должна быть настоящая партия, с настоящей политической программой.

— Например, БЮТ.

— БЮТ — нет! Это фашизм чистой воды. Вы видели их съезд — те же цвета — чёрный, белый, красный, те же лозунги, та же атрибутика… А выступление Тимошенко? Это гитлеровщина.

— На самом деле между съездами регионов и БЮТ было много общего — и пафос, и гигантомания.

— Но вы никогда не оденете Партию регионов в одинаковые футболки!

— Зато очень хорошо её можно заставить голосовать за списки, которые никто не видел…

— Это меры безопасности, информационная защита во время политической войны. А Юлия Тимошенко создаёт диктатуру. Она, безусловно, умная женщина, у неё огромный потенциал. БЮТ в целом выигрывает у Партии регионов по пропаганде. Но содержания у них нет.

— В вашем голосе чувствуются нотки чисто женской зависти, разве нет?

— Вы ошибаетесь (смеётся). Что нам делить? Страна у нас большая и в ней найдётся место для двух красивых, умных женщин.

 

Мустафа Найем,

Фокус, 10 августа 2007 № 32 (45)