Три составляющие судебной реформы. Но сначала нужно дать правовую оценку реприватизации

Реформировать судебную систему Украины — все равно, что чистить авгиевы конюшни. Дело трудное, неблагодарное, но необходимое. И лучше всего провести его до начала нового политического и бюджетного года, до весенних парламентских выборов. Чтобы оградить государство от сверхактивности партий и избирательных блоков, защитить от затяжных корпоративных войн. Чтобы не допустить впредь перераспределения собственности в интересах различных коммерческих структур под лозунгом «вернем утраченное государству».

Впрочем, руки до модернизации судопроизводства не доходили бы еще долгое время, если бы не поползли слухи о возможном восстановлении в должности через суд экс-премьер-министра Юлии Тимошенко. Как заявила на пресс-конференции в Украинском доме лидер партии «Вече», вице-президент Союза юристов Украины Инна Богословская, эти разговоры подобны звону колокола, возвещающего об опасности, надвигающейся на Украину. «Ее (эту опасность. — Авт. ) можно прямо назвать судебным коллапсом, разрухой в судебной системе», — отметила она.

И, развивая мысль, добавила, что с разрушением судебной власти рушатся основы государственности. Поэтому, возможно, вопрос реформирования судопроизводства и обеспечения законных прав и интересов граждан при рассмотрении дел в судах уже пора выносить на повестку дня Совета национальной безопасности и обороны.

Сегодня команда Богословской срочно готовит письмо для парламентариев, в котором обращает их внимание на эту угрозу и просит созвать специальное совещание по поводу реформирования судебной системы. Естественно, для реформы нужны средства гораздо большие, чем то финансирование, за счет которого сегодня живут служители Фемиды. Но лидер «Вече» уверена, что есть как минимум три формулы судебного реформирования, которые имеют разное бюджетное наполнение. Остается лишь «выбрать одну концепцию, утвердить ее буквально за день до принятия бюджета, чтобы это был отдельный документ» в виде закона или постановления. И только потом заводить речь о деньгах.

Но захотят ли депутаты менять что-то в ручной системе, частенько принимающей решения и в их пользу? Готов ли Президент проявить политическую волю? Нужна ли ему эта реформа? Может ли государство сегодня настолько обеспечить судей финансово, чтобы они не заглядывали в рот истцам, а служили только законности и справедливости?

Пока же в украинском судопроизводстве продолжается эпоха правления коррупции. Число дел, подобных спорам о судьбе Никопольского ферросплавного завода, Северодонецкого «Азота» и Крымского «Титана», растет. По словам Богословской, нечистые на руку «судьи превращаются в раковую опухоль, способную заразить весь организм судебной системы». Если Президент не расставит все точки над «і», доказав или опровергнув обвинение в том, что правительство Тимошенко причастно к коррупции в связи с событиями вокруг НЗФ, то это будет не просто доказательством его слабости как главы государства, но и откроет ворота для всех, кто готов попирать закон на благо себе любимому.

Инна Богословская считает, что именно с «разбора полетов» по НЗФ надо начинать судебную реформу. А что касается бюджетного финансирования, то, с точки зрения вице-президента союза юристов Украины, для страны в ближайшее время там должно быть всего два приоритета — образование и судебная система. Реформируя первую, необходимо начать с повышения квалификации педагогов и воспитателей дошкольного образования. В противном случае, по словам Богословской, «можно сколько угодно менять институты, но если преподаватели по-прежнему пропагандисты, ничего не будет». Внося радикальные изменения во вторую, надо «перекроить судебные округа». «Если мы хотим, чтобы независимыми были судьи и судебная система, то одним из условий является то, чтобы судебные округи не совпадали ни с территориальными округами, чтобы губернатор не мог на месте давить на свои суды, ни с округами милиции, СБУ и прокуратуры», — уверена она.

Во-вторых, надо сконцентрировать внимание на финансовом обеспечении судей. «Судья должен иметь квартиру, автомобиль, два отпуска в год и достаточный оклад, чтобы за него держаться. В противном случае будем иметь человека, подвластного золотому тельцу». Также, по ее мнению, сегодня нужно сформировать специальный орган, занимающийся рассмотрением жалоб по поводу действий судов. А их сегодня в Украине поступает в четыре раза больше, чем пару лет назад. В эту, назовем ее «следственную комиссию», могли бы войти представители всех правоохранительных органов. В крайнем случае, изучением жалоб могли бы заняться и в Минюсте.

А уж дальше профессиональную пригодность судей определяла бы Высшая квалификационная коллегия судей и Высший совет юстиции, которые по закону имеют право выносить суждения по поводу соответствия того или иного судьи. Кроме того, вступил в силу Административный кодекс, который позволяет обжаловать действия судей, поступающих вразрез с нормами закона. Богословская уверена, что если обеспечить независимость членов комиссии от судебной системы, то «чистка» может занять месяц. «По моему опыту, а я адвокатом работаю с 1982 года, они (все коррумпированные судьи. — Авт. ) проявлены. У них были в прошлом уголовные дела, которые «замыливались», были нелицеприятные поступки, которые прикрывались. Должна быть только воля, политическая и властная, чтобы прекратить их работу», — считает она.

 

Марина БРИКИМОВА,

«День», №179, суббота, 1 октября 2005

Добавить комментарий