«Я каждий день мысленно ставлю Богу свечку за то, что я не в парламенте»

В последний раз мы общались с Инной Богословской еще до начала выборов-2002. Тогда Инна Германовна находилась в полной боевой готовности. Сейчас, спустя год, она стала гораздо спокойнее, смотрит на жизнь с философской точки зрения. Однако и в той, прежней, Богословской, и в нынешней остались главные ее черты — упорство в достижении цели и непобедимая вера в успешный итог…

— Инна Германовна , последний раз мы вас видели в одной из каких-то программ на телевидении, а потом вы опять пропали. Расскажите, чем вы сейчас занимаетесь?

— Недавно стартовал новый общественно-политический проект, в котором я принимаю активное участие. Идеология независимости уже исчерпана, необходимо что-то новое. Нужен новый бензин, чтобы заправить им машину под названием «Украина». Но сначала надо определить марку этого бензина. Для этого мы и собираемся искать элиту, которая рождается в регионах, то есть лучших в тех или иных сферах: науке, бизнесе, культуре, образовании, политике.

Процесс начнется с регионов. Называется наш проект «Вече Украины». Мы хотим, чтобы такие «Вече» появились в Харькове, Днепропетровске, Одессе, Львове, Запорожье, Киеве. А потом будем искать группы людей, которые, во-первых, будут в состоянии друг друга слушать, а во-вторых, найдут общее смысловое терминологическое пространство. Сегодня на первый план выходят отношения «элита — элита». Ни на одной международной конференции в зале уже ничего не решается, все решается в кулуарах.

— Так вы предлагаете украинскую политику загнать в кулуары?

— Я предлагаю сначала определиться с теми людьми, которые будут представлять новую украинскую политику. Ведь старая колода уже настолько засалена, что можно по «рубашке» и по характерным заломам точно определить, какая это карта и как она сыграет. Конечно, я не предлагаю никаких революционных изменений. Потому что украинский менталитет к этому не приспособлен. Украинец достаточно консервативен. Не надо революций, они бессмысленны! И то что оппозиция сегодня ничего не может сделать, еще раз подтверждает мою точку зрения. Эволюция тоже может быть достаточно стремительной. У нас ведь нет 200—300 лет. Поэтому нам нужно быстро создать украинскую элиту, которая будет адаптирована к международным элитам и которую можно будет туда интегрировать.

— Вы говорите «элита». Вам не кажется, что это понятие уже набило оскомину, или оно ассоциируется у людей исключительно с власть имущими?

— Если честно, у нас были опасения, что само понятие вызовет классовую ненависть у большинства населения. Однако мы ошиблись: опрос людей на улицах показал, что все они понимают необходимость появления украинской элиты. Ведь у каждой страны должны быть те, кем можно гордиться. Причем люди понимают, что элита и истеблишмент — не одно и то же. Это только в понимании наших доморощенных политиков, если человек занял определенное кресло, то он уже элита. А то, что, сидя в этом кресле, он не стесняется ковыряться в носу, чесаться и ругаться матом, никого не интересует.

— Для того чтобы вывести новую элиту на политическую орбиту Украины, нужно время. До 2004 года не успеть…

— Несмотря на сообщения некоторых СМИ, лично я не собираюсь принимать никакого участия в президентских выборах. Мне очень нравится, как у нас в Украине делают то, что называется «без меня меня женили». Я уже слышала, что Богословскую будут противопоставлять Тимошенко, чтобы снизить ее рейтинг, или Богословскую будут представлять как кандидата, способного принести голоса, на которые никто не рассчитывал и так далее. Меня пытаются загнать в какую-то женскую нишу, в которой я никогда не была. Мне бабство не свойственно.

— В данный момент грядет принятие закона о выборах на пропорциональной основе. По этому закону общественные организации останутся вне политики…

— Тот вариант закона, который внесли депутаты Иоффе и Гавриш, был значительно правильнее. Закон, который сейчас рассматривается, предполагает закрытые партийные списки. Как же тогда люди узнают, за кого голосуют? В глобальном смысле это принесет еще больший вред: внутри партии не будет смены элиты, там останутся те же. Почему распался Рух? Потому что молодая поросль пыталась пробить железобетонную стену, которая на ней лежала. То же самое сейчас начнет происходить практически во всех партиях.

— И все-таки, на что вы сделаете ставку на выборах? На Конституционно-демократическую партию, которую представляете? Возможно, уже вызрели и какие-то лозунги, благодаря которым вы собираетесь найти поддержку у избирателей?

— Во-первых, не торопите меня. До 2006 года у нас еще есть время. Во-вторых, давайте признаем, что до сих пор партии выходили только с лозунгами, но без программы. А должно быть все наоборот: программа, которая вмещается в несколько лозунгов, понятных большинству населения. Я собираюсь строить и общественное движение «Вече Украины», и, надеюсь, партию, именно на формировании развития программы общества. Реальную, прогнозируемую программу, в которой бы четко прослеживались способы достижения и конечный результат. Вот вам пример: все говорят о вступлении Украины в ВТО. Но почему-то замалчивают, на каких условиях Украина может туда попасть. Каждая страна, которая входила в эту организацию, имела свои протоколы, сроки, пошлины и нормативы. И если украинцы в очередной раз, как это уже было со сдачей ядерного оружия и закрытием ядерного реактора на ЧАЭС, «вляпаются» в ВТО, ничего не просчитав, то мы опять будем кусать себя за все места, до которых достанем. А для того чтобы все просчитать, нужно, чтобы люди, которые умеют это делать, собрались вместе и вошли в какое-то общее понятийное пространство. Я думаю, что мы найдем отклик на нашу идею по всей стране. Люди устали от политиков, которым не хочется верить. Им хочется увидеть их глаза, а не опущенные в пол взгляды. Им хочется услышать конструктивные предложения.

— Вы наверняка время от времени смотрите трансляцию заседаний Верховной Рады. Скажите, у вас есть сожаление, что вы не находитесь в сессионном зале?

— Сейчас — нет. Я вам честно говорю: каждый день мысленно ставлю Богу свечку за то, что я не в парламенте. Приходить в Верховную Раду в одиночку или с малыми силами не имеет никакого смысла. Поэтому я думаю, что к 2006 году мы сформируем большую группу, которую будет объединять смысл, программа действий. И тогда можно будет смело идти в парламент. Мне сейчас сама судьба дала некую передышку, во время которой я могу осмыслить все процессы более глобально. Я встречаюсь с огромным количеством людей, много читаю, анализирую, пишу статьи…

— Да, вы изменились. Если сравнить Инну Богословскую времен КОПовской пропаганды и теперешнюю, то вы стали гораздо более спокойной и уравновешенной. С чем это связано?

— Проигрыш «Команды озимого поколения» стал моим первым в жизни поражением. И я убеждена, что нужно было пройти эту школу, чтобы знать, что именно приносит поражение. Нужно из любого, даже отрицательного опыта, извлекать уроки. Мне кажется, что я это смогла сделать. Еще многое нужно проверить, пережить. Знаете, жизнь подарила мне встречу с Антонио Менегетти, величайшим современным итальянским философом, и он мне сказал: «Инна, вы только в сорок два — сорок три года познаете всю глубину жизни, и она вам откроется во всех гранях». Видимо, он не ошибся, потому что для меня последний год стал годом откровений. Не могу сказать, что познала все грани жизни, но то, что она постепенно открывается передо мной гораздо шире и многообразнее, чем раньше, — это точно.

Интервью провели Кацман В.и Чирва В.

Добавить комментарий