Глобализация и Максимилиан Волошин

По инициативе тележурналиста Дмитрия Киселева и Президента Всеукраинского благотворительного фонда «Вече Украины», председателя Держкомпредпринимательства Инны Богословской в минувшие выходные в Коктебеле состоялись два родственных, как утверждают их организаторы, события: фестиваль современного джаза «Максимилиан Волошин. Коктебель-2003» и очередная дискуссия участников фонда «Вече Украины» на тему «Глобализация: культурный аспект (импровизации на тему)».

В форуме, проходившем на коктебельской набережной возле Дома- музея Максимилиана Волошина, где при спонсорском участии организаторов фестиваля было только что закончено оформление и отделка красивой площади, принимали участие известные исполнители и коллективы: Энвер Измайлов с дочерью Ление, Владимир Соляник (фортепиано) и его оркестр «Киев- АРТ-ансамбль», оркестры МВД АРК и Черноморского флота РФ, джаз- ансамбль «Схід-Said» (Киев), и многие другие.

Фестиваль вызвал огромный интерес среди гостей Коктебеля, на его концертах побывали несколько тысяч человек. Его поддерживали УСПП, ЗАО «Еврокар», украинское представительство фирмы «Ямаха», ЗАО «Банк Петрокоммерц», крымское правительство и Коктебельский поссовет и другие организации, медиа- поддержка — газета «День», телеканал ISTV, НТВ, РТР, российский медиа-центр в Киеве.

Особый интерес вызвала дискуссия по проблеме культурных аспектов глобализации, на нее пришло намного больше людей, чем мог вместить импровизированный зал в садике Дома поэта. Вели дискуссию Инна Богословская и Дмитрий Киселев. Кстати, одна из целей дискуссии — вернуть Коктебелю значение и ауру интеллектуального центра свободной мысли, каким его сделал Максимилиан Волошин.

Участники дискуссии касались самых актуальных тем: как сочетаются массовое и элитарное в глобальной культуре, что такое культурная американизация и какие прогрессивные и негативные тенденции она несет, как формируется национальная культурная политика в контексте глобальных процессов массовой культуры, чем характерны российско-украинские культурные миры в контексте глобализации, что такое культурный синтез, как он влияет на современное мировое единство и мировые коммуникации? Полагаем, что читателям «Дня» они будут интересны.

«Фраза «Как нам обустроить Украину?» морально устарела»

Инна БОГОСЛОВСКАЯ: В Украине очень мало мест, где люди могут вести себя естественно. Я надеюсь, что «Вече Украины» — это одно из них. Здесь собрались люди, сами сделавшие свою судьбу. Их сейчас заботит нечто выходящее за пределы их личного жизненного пространства: культура и глобализация, вопрос о том, что происходит в мире, где место Украины в этом мире? Для нас очень важно обрести смысловые площадки, на которых можно быть самими собой.

Виктор ЕРОФЕЕВ, писатель (Москва): Такое собрание было невозможно себе представить еще несколько лет назад. Это характерно для нашего времени: под джаз лучше думается…

Дмитрий КИСЕЛЕВ, телеведущий канала ISTV: Джаз — дитя глобализации, а Максимилиан Волошин мыслил абсолютно глобально. И сейчас, когда мы говорим украинское, надо понимать, что украинское — это уже многонациональное. Украинское — это часть чего- то большего, глобального. Фраза «Как нам обустроить Украину?» морально устарела. Надо обустраивать весь мир, создавать трансграничное гражданское общество.

Виктор ЕРОФЕЕВ: Думаю, легких решений проблем глобализации и культуры нет, потому, что культура опасна, как сказал Ницше. Но Волошин всегда собирал здесь ту интеллигенцию, которая думала на уровне мировых проблем. Нужно сопротивляться всем легким решениям вопросов, потому, что это и приводит к тому, что было в 1920 — 1930 годах здесь — расстрелы и террор. Глобализация — абсолютно закономерно входит в нашу жизнь. Нельзя в одной деревне верить сразу в нескольких богов. В ХХI веке состоится метафизическая революция, которая нас объединит, нам было тяжело вместе, но и порознь невозможно. Надо быть на уровне тех вопросов, которые ставили гости этого дома — и Цветаева, и Гумилев, и Мандельштам, и Андрей Белый, которые никогда не отказывались от того, чтобы услышать противоположное мнение. Надо искать единение в том, что все мы люди, все смертны. Но нам уже мало одной культуры, мы можем соединять в себе две, а еще лучше три или четыре культуры. Наша душа должна быть общеевропейской, а лучше мировой.

Инна БОГОСЛОВСКАЯ: Необходима новая философия развития человечества в третьем тысячелетии: его основной идеологией будет объединение того, что раньше разъединяло… Как сделать так, чтобы лучшие и более сильные стандарты проникали в нашу жизнь? Самой главной проблемой третьего тысячелетия является несовпадение скорости глобализации в технических и в политических процессах со скоростью развития личного и общественного сознания. Если мы не гармонизируем эти два процесса, то та глобализация, которую сегодня уже остановить невозможно, станет монстром, который поглотит все человечество, которое может, но не должно избрать путь наименьшего сопротивления, ибо тогда победят примитивные стандарты. Сегодня нужна новая культура управления бизнес-процессами, ибо самые жесткие иерархические структуры проигрывают по всем параметрам потому, что пошли путем роботизации, но забыли о необходимости одухотворения жизни. Сегодня нужны кадры, способные объединять личности, а не безликие коллективы. Есть две диаметрально противоположные идеи: во-первых, наступает вторая эпоха просвещения, и на первое место выйдут гуманитарные аспекты глобализованного общества, и это будет двигателем всех технологических процессов. Во-вторых, на нас наступает как бы новое средневековье, когда необходимо умышленно тормозить скорость развития технологий, чтобы сознание могло подтянуться до их уровня…

Вадим КАРАСЕВ, директор института глобальных стратегий (Киев): Волошин — не только первый критик индустриального общества, но и первый хиппи. Вот его стихотворение: «Машина победила человека. Был нужен раб, кто б вытирал ей пот, кто б умащал промежности елеем, поил, и выносил помет…». Выходит, что глобализация и локализация — процессы, тесно связанные между собой. Это двусторонний процесс. Глобализация должна оставлять место для локальных культур, она не должна иметь характера тоталитаризма. Локальные вещи — это изюминки, нюансы, акценты, которые оживляют глобальную культуру. Вот тюбетейка. Она носит этнический характер, но сегодня она вписана в глобальный контекст, в таких шапочках играют многие джаз-музыканты. Локальная вещь вписана в глобальный контекст, оживляя его. Вот темные очки — и когда-то их не носили, их ввели в моду итальянцы, которые страдали от солнца, но сегодня без таких очков нельзя помыслить ни музыканта, ни просто продвинутого человека, ни даже политика. Это глобальная вещь… Глобальное обозначает, что все происходит во многих местах, то есть транслокально, но ничто не теряет локальный смысл.

«Через 10 лет большинство из нас станет киборгами»

Сергей МАРКОВ, политолог (Москва): Коктебель, без сомнения, является интеллектуальным духовным центром Восточной Европы на протяжении нескольких последних десятилетий. Многие духовные проекты зарождались здесь. Возможно, и в этих дискуссиях родятся мысли и идеи, которые затем повлияют на развитие Украины, России и всей Центральной и Восточной Европы. Для меня глобализация — это формирование глобальных политических институтов по принятию решений, имеющих глобальный же характер. Мы легко видим эти проблемы — безопасность, экономика, информация и прочее. Для регулирования этих процессов необходима система принятия решений глобального порядка, проще сказать — мировое правительство. Формируется оно противоречиво. Это нонсенс. Но эта система будет с неизбежностью становиться. Главное, что ей для этого надо сделать, — она будет ломать, с хрустом ломать суверенитеты. Может быть, сохранятся одна-две страны, которым придется за это платить огромную цену. Мы знаем, что и Китай платит огромную цену за то, что американцы считают их самым главным стратегическим противником.

Эта система мирового правительства формируется, задействуя современные матричные системы управления. Это мировое правительство — не иерархическая структура, а как мировая сетевая структура — и эти узлы вы знаете — это Совет Безопасности ООН, это Политический консультативный совет НАТО, это Всемирный банк, Международный валютный фонд.

Завоевать власть в этой структуре мирового правительства невозможно формально и надолго, ее нужно подтверждать каждый раз, и стабильного большинства здесь не может быть. Поэтому центральной категорией в глобальной экономике становится категория проекта. Вы создаете свой проект и дальше вы, развивая его, заставляете всех действовать в логике своего проекта. И столкновение проектов — это и есть главный смысл современной глобальной политической жизни. Глобализация приходит с мощью лома. Хотите вы этого или нет. Невозможно чего либо добиться, не владея свободно английским языком, потому что это реальный мировой язык. Невозможно стать статусным человеком, не владея компьютерными технологиями. Вообще побеждает не тот, кто отрицает, а тот, кто приветствует эту глобализацию, кто старается идти вперед. Например, через несколько лет большинство из нас в той или иной мере станет киборгами, то есть будет совмещать в себе характеристики живого существа и компьютера. Но ведь совершенно очевидно, что речь идет об одном единственном магнитном носителе, где все эти вещи будут, о чипе, который будет вшит под кожу. Не все захотят сразу, но три раза потеряют все это в сумке — сами придут и попросят вшить. Мне кажется, что это наша реальность уже через 10 лет.

Инна БОГОСЛОВСКАЯ: Глобальные процессы с одной стороны ограничивают человека, но с другой — освобождают его. Нам сегодня интересно и важно понять, где заканчивается свобода и начинается безответственность? И свобода в ее бытовых проявлениях — это часто те ловушки, в которые мы попадаем, теряя главную свободу — свое «я», это закрепощает реально наш дух.

Владимир ЛУПАЦИЙ, Центр социальных исследований «София» (Киев): Задача современности и для Украины, и для России — сохранить свою идентичность в условиях глобализации. Варианты тут могут быть разные, но нужно избрать бесконфликтный путь. Если Волошин занимал позицию «над схваткой», то сегодня характерно то, что война цивилизаций стала руководством к действию для многих сил в мире, никто не останавливается перед конфликтом, даже перед войной…

«Людьми в джинсах легче управлять»

Дмитрий КИСЕЛЕВ: Для обострения спора хочу сказать, что меня беспокоит пассивность общественных сил в Украине: все это какой-то отстой, край чего-то. Нет диалога религий, культур, других формирований. Каждая религия пытается жить внутри своей скорлупы, ни одна из конфессий не отвечает на вызовы современности, нет реального поиска основы для единства, идет борьба за собственность, склока.

Инна БОГОСЛОВСКАЯ: Сегодня бессильны все религии в мире. В чем проблема? Московский патриархат был одной из двух конфессий, которая не приехала в ООН на миллениум, на межконфессиональную встречу единения. Нам хватает этой дремучести. Надо присмотреться к тем лидерам, которые способны идти по пути нахождения общих точек соприкосновения. Сегодня даже религии теряют свое влияние на массы и умы, а главным движущим фактором в развитии церквей является борьба за собственность и деньги, чего никак не соотнесешь с духом. Возможно, надо найти новую религию, может, старые религии уже изжили себя?

Виктор ЕРОФЕЕВ: Да, мы наблюдаем агонию почти всех мировых религий. Агония ислама привела к фундаментализму. Агонизирует русская православная церковь. В России совершенно нет религиозной толеранции. И русская православная церковь в начале 90-х годов потеряла свой исторический шанс быть духовным лидером страны, и она потеряла это навсегда. И вот это озлобление русской православной церкви по отношению к прогрессирующему влиянию католицизма на интеллектуальную жизнь России, это тоже агония. Но и сама католическая церковь бессильна. В Америке, например, Бог сегодня это неприличное слово, оно связано с неким фатализмом, что не свойственно американским представлениям об индивидуальном успехе. Эта агония мировых религий, видимо, мы находимся на пороге какой-то новой религии, которая может возникнуть или в Калькутте, или в трущобах Нью-Йорка, или, может быть, в Коктебеле на нудистском пляже, или может быть в Интернете. Но факт есть фактом: той религии, которая существует сегодня, катастрофически недостаточно, потому что истины раздроблены, религиозные конфессии идут в атаку друг на друга, и это только от недостатка веры. Я слышал, была идея на сессии ЮНЕСКО собраться всем и подумать, как бы создать нового Бога, который бы удовлетворил все цивилизации. Это смехотворно, но это говорит о том, что мы нуждаемся в таком Боге.

Евгений МЕДРЕШ, политолог (Харьков): Это ж ничего себе агония ислама с такой динамикой расширения! Религия и конфессии — это точно разные вещи. Религии никому ничего не должны. Это индивидуальный путь к Богу.

Дмитрий ВЫДРИН, директор Европейского института интеграции и развития (г.Киев): Религии не должны отвечать на вызовы времени. Это не функция религии. Функция религии отвечать на вызовы души. Это не супермаркет, куда идут чтобы что-то купить. Я не считаю, что есть кризис религий. И абсолютно согласен с патриархией, которая не поехала на миллениум. Зачем? Пить водку на тусовках? Это опять-таки не функция религии. Православие тем и интересно, что это абсолютно не тусовочная религия, в отличие от тех современных конфессий, которые сегодня ведут квазисветский образ жизни и тем утратили свою харизму.

Культура — это то интимное, что не глобализируется. Если что- то глобализируется, то это не культура. Происходит не глобализация культуры, а глобализация менеджмента. В одном музее Бонна висит всего один экспонат — джинсы. Через этот атрибут мужской одежды произошла . унификация управления. Джинсы создали новый тип управления. Людьми в джинсах легче управлять, чем теми людьми, которые шьют для себя одежду индивидуально. «Макдональдс» используется как инструмент управления. Такие люди в джинсах меньше думают. Ирак бомбили не потому, что там есть оружие массового уничтожения, а за то, что там не было «Макдональдса». Главная идея великолепной американской субкультуры состоит в том, что все должно быть однообразно и унифицировано, тогда оно легче управляется. И это абсолютно эффективно, если говорить языком управления. Но это не имеет отношения к культуре. Культура не копируется.

Владимир ШУМИЛКИН, председатель Харьковского городского совета (Харьков): Каков критерий оценок человека? В успешной Америке — это огромный ВВП. Но связано ли это с количеством счастливых людей в обществе? Может, есть смысл все перевернуть с головы на ноги. Целью всего на земле является человек. Что же нужно, чтобы конкретный человек был счастлив в нынешнем мире? Глобальная культура действительно роботизирует человека. Но именно так к этому и надо относиться, и при этом постараться не потерять свою индивидуальность. У нас десятилетиями интеллектуальную элиту просто разгоняли. Но сегодня мы начинаем собираться каплями, чтобы отвечать на вызовы времени. Не религии, а элиты должны отвечать на эти вызовы. Для каждого человека есть определенный объем радостей, которым он должен отрадоваться, и объем страданий, которые он должен выстрадать. Вопрос сегодня стоит, возможно, в том, а вообще этот эксперимент с человечеством успешный или нет? Или он тупиковый? Человечество выживет или оно идет к собственной гибели? Это главный ответ глобализации…

Никита Касьяненко, Коктебель

Добавить комментарий