Богословская: Родители должны трепетно относиться к детскому миру

«Папа убеждал, что социологом в Советском Союзе быть нельзя, потому что я со своим характером окажусь или в тюрьме или в психбольнице»

«Мой отец – военнослужащий, и я на себе испытала все прелести кочевой, не всегда благоустроенной жизни. Родилась я в предместье Харькова, в районе Липовой Рощи. Когда мать рожала, отец служил в Казахстане, в районе озера Балхаш. До моих 6 лет мы жили в общежитии, в одной комнате, где на весь этаж была одна кухня и несколько туалетов. Особого достатка у нас не было, отец из своего дома в Баку уехал еще в 16 лет. Мамины родители тоже не были богаты. Поэтому я особенно хорошо помню, как на выходных мы приезжали к бабушке-дедушке, помогали им по хозяйству, а они нам грузили картошку, морковку, курочку».

 

«Детство ассоциируется с утренниками в детском саду, на которых я, как одна из наиболее активных девочек, была снегурочкой. Очень хорошо помню, как мы с двоюродными братьями бросались подушками, когда приезжали в гости к бабушке. Еще у меня детство ассоциируется с санками. До сих пор перед глазами у меня картина, как мама приходит за мной в детский садик, а я сижу на корточках и с помощью небольшой соломинки роюсь в муравейнике и достаю «кисленькое». Естественно, сразу же последовала порка и наставления, почему так делать нельзя. А потом наступила школьная пора. Через две недели, после того, как я пошла в первый класс, у меня осталась одна кукла. Все игрушки остальные мама забрала, объяснив это тем, что детство закончилось, и наступил период ответственной жизни. Я горько плакала, но ничего поделать не могла. Наверное, это событие сильно меня ранило и я, будучи уже взрослой, никогда так не поступала ни со своей дочерью, ни с внуками. Мне кажется, родители должны трепетно относиться к детскому миру».

 

«Я практически жила в школе – ходила на всевозможные кружки, участвовала в соревнованиях, была старостой, то есть вела очень активную жизнь. Назвать этот период жизни детством сложно. Лично я называю его отрочеством. В 7-ом классе осталась после школы у подружки и до 8 часов вечера кормила её хомяков. Дома я получила хороший нагоняй, мама обзвонила все больницы и морги и даже не могла представить, что со мной случилось. Так что с тех пор хомяков я не люблю».

«В школе много места в моей жизни занимал спорт. В 7 лет отец научил меня плавать и с тех пор я очень люблю этот вид спорта. Еще одна моя страсть – это баскетбол. Я много играла, и до сих пор у меня выбиты все пальцы. Также в школе у нас было автодело и я научилась водить машину в 14 лет. Нас учили техническому обслуживанию авто и я хорошо знаю, как сделать ТО-1 и ТО-2. Так что школа была периодом приобретения необходимых навыков взросления».

«Начиная с первого класса, я по пути в школу кормила всех бродячих собак, отдавая им то, что мама мне приготовила в школу. Когда мне было 9 лет, мне первый раз купили собаку. И потом у нас всегда были собаки. Друзья? Я не любила отличников, которые высиживают свои оценки «задницей» и очень уважала отличников, получавших хорошие оценки благодаря своему острому уму. С ними и дружила. И еще с необычными, интересными личностями, даже «двоечниками». Кроме того, у меня было много знакомых мальчиков, игравших вместе со мной в баскетбол».

 

 

«Меня воспитывали мама, папа и моя классный руководитель Татьяна Гулак, которая потом стала моей подругой. Ну и с течением времени я поняла, что мне много дали бабушка по маминой стороне и бабушка с дедушкой по папиной стороне. В бабушке Кларе, папиной маме, всегда видела, что такое немецкая кровь. Бабушка была стопроцентной немкой, в девичестве ее звали Клара Эрхардт. В ее доме в Баку всегда был немецкий порядок. Недорогие, но чистые и накрахмаленные скатерти, салфетки за столом, все расставлено по своим местам. Еще неизгладимое впечатление на меня произвело количество книг. В их небольшой двухкомнатной бакинской квартире, где не было даже туалета и ванной, вся квартира от пола до потолка была заставлена книгами. У дедушки был специальный ящик, в который он складывал вырезанные картонки с информацией о каждом издании. Всего в их библиотеке насчитывалось более полутора тысяч книг. Потом, когда дедушка умер, и бабушку мы перевозили в Харьков, почти всю эту библиотеку наша семья подарила центральной библиотеке Азербайджана. Эта была одна из крупнейших частных библиотек. Поэтому с раннего детства во мне воспитывали уважение к книгам и к новым знаниям. И за это я в том числе благодарна бабушке и дедушке.

Вторая моя бабушка, когда мне было годик, «украла» меня у родителей, отвезла подальше от Харькова и крестила. В 1961 году это был героический поступок, потому что военнослужащие не могли крестить детей. За это их могли уволить со службы. О крещении бабушка рассказала, когда мне было 12 лет. Она была верующей женщиной и от нее мне передалась вера в Бога».

 

«Я хотела быть или актрисой, или социологом, или юристом. Поскольку у меня ко всем этим трем профессиям одинаково лежала душа, вопрос выбора профессии выносился на общесемейный совет. Папа убеждал, что социологом в Советском Союзе быть нельзя, потому что я со своим характером окажусь или в тюрьме или в психбольнице. Мама в свою очередь была против актерства, потому что считала, что эта профессия вынудит меня вести неприличный образ жизни. Хотя на самом деле она категорически не хотела, чтобы я уезжала в Москву. Мама сильно переживала и плакала и я решила поступать на юридический факультет. О своем выборе не жалею. Я стала защитником, это мое призвание».

«Я много раз говорила, что мое детство было не такое беззаботное, как это хотелось бы. Я убирала, готовила, у меня были свои обязанности, соблюдение которых жестко контролировалось, при этом родители все время были заняты. Как результат – гиперответственность, перфекционизм, желание все делать лучше всех. Эти качества во взрослой жизни иногда мешают. И прямо могу сказать: в силу того, что родители пахали с утра до ночи, достаток в семье появился только тогда, когда я заканчивала школу. Первое красивое платье, это было розовое платье, из кримплена, мне купили в 15 лет. Поэтому детство мне запомнилось, как постоянная работа…Мне не хватало в жизни детскости. Хотя, возможно именно благодаря этому я сейчас с удовольствием сама балуюсь, пою внукам детские песни, играю с ними. Когда моя дочка росла, а теперь, когда растут внуки, я стараюсь, чтобы у них в жизни всегда была радость. Если дети улыбаются, значит, они воспитаны в любви и в радости. Это то, чему я стараюсь следовать».

 

 

Инна Богословская с дочкой и внуками

«V.I.P. Главред»

20.09.2010